Специалисты, занимающиеся проверкой работ «Тотального диктанта», отмечают, что почерк участников становится год от года все хуже и хуже. И ладно бы только это: куда важнее, как влияет на наш мозг постепенная утрата навыка письма «пером» на бумаге.
— В этом году через некоторые рукописные тексты почти невозможно было продраться, настолько неразборчиво они написаны, — отметила доктор филологических наук, председатель экспертной комиссии по проверке «Тотального диктанта» в Екатеринбурге Анна Плотникова.
Причина понятна не только специалистам. Все мы практически разучились писать от руки, поскольку под рукой клавиатура компьютера. Насколько это плохо? Вот что по этому поводу говорят опрошенные «РГ» эксперты. Интересно, что мнения разделились.
Не вырубишь топором
Продемонстрировать при письме образцы каллиграфии — вовсе не самоцель, отмечает ученый департамента психологии, заведующий лабораторией мозга и нейрокогнитивного развития УрФУ Сергей Киселев. По-настоящему важно то, что графическая деятельность развивает и поддерживает в рабочем состоянии базовые мозговые механизмы. Письмо от руки влияет на состояние не менее десяти разных функций: от обработки мышечной информации (за это отвечают теменные отделы коры мозга) — до механизмов, обеспечивающих произвольную регуляцию и контроль (тут в ответе лобные отделы).
При помощи функциональной магниторезонансной томографии ученые наглядно доказали, что письмо от руки заставляет «шевелиться» зоны мозга, которые отвечают за рабочую память, пространственные функции, способность к переключению.
Очень важно, что когда ребенок учится писать слова, переключаясь с одной буквы на другую, а потом и предложения, переходя с одного слова на другое, он одновременно развивает и механизм переключения в своем мозге. Для чего это нужно? Это помогает, например, отлично развивать речь. Не «мэкать», не «гэкать», говорить связно, развернуто, а не односложными фразами. При этом постепенно выстраивать и внутреннюю логику своей речи. Интересно, что в конечном итоге этот навык позволяет человеку переключаться с одной идеи на другую, не зацикливаться, что так важно в стремительно меняющемся вокруг нас мире. Эта внутренняя гибкость, способность быстро перестраиваться помогают избежать стресса в сложных ситуациях уже во взрослой жизни.
Как говорит Сергей Киселев, письмо от руки — это сложный комплексный вид деятельности, который участвует в развитии мозга человека. Нажимание на клавиши не дает такого развивающего эффекта.
К слову, в некоторых странах сегодня при обучении постепенно начинают отказываться от письма от руки. Но в таком случае, по мнению эксперта, необходимо продумывать альтернативу, которая позволит компенсировать все минусы такого решения. Например, танцы, гимнастика тоже позволяют учиться переходить с одного вида движения на другое, что в свою очередь развивает механизм переключения в мозге. Мелкую моторику, работающую в очень тесной связке: рука-мозг, можно вместо письма от руки компенсировать лепкой, вязанием, работой с мелкими деталями. Но это довольно специфичные виды деятельности и подходят не для всех детей.
Но что теряют взрослые, которые забросили ручку и бумагу и перешли на гаджеты? Как говорит эксперт, письмо от руки не только поддерживает хороший уровень работы многих функций коры, но и благотворно действует на глубинные механизмы мозга. Известно, что мелкая моторика оказывает позитивный эффект на ретикулярную формацию мозга, а это своеобразная батарейка, которая поддерживает работоспособность всего мозга.
Если бы у Пушкина был комп…
Между тем культуролог Дмитрий Суворов вовсе не склонен драматизировать ситуацию.
— Представьте Пушкина, который пишет «Евгения Онегина» в наши дни. Согласитесь, было бы странно, если бы он взялся за перо, будь у него рядом ноутбук. У каждого поколения своя технология фиксации письма. Толстой писал «Войну и мир» металлической ручкой, а Булгаков, когда работал над «Мастером и Маргаритой», использовал уже «Ундервуд», печатную машинку американского производства. Наконец, «Сто лет одиночества» Гарсиа Маркес написал уже в эпоху компьютеров.
Как отмечает эксперт, все это великие произведения, написанные великими писателями в разное время. И способ письма никак не повлиял на значимость их творчества.
-Я вообще очень скептически отношусь к многочисленным алармистским теориям по поводу интернета и «цифры», — говорит Дмитрий Суворов. — Все это всего лишь технологии. Человек должен ими управлять, а не они человеком. И тогда все будет в порядке.
В свое время разворачивалась бурная дискуссия, что мы потеряли, перестав передавать информацию из уст в уста, то есть, пересказывая о событиях друг другу. Да, наверное, что-то потеряли — эмоциональный фон, остроту восприятия, когда взгляд глаза в глаза, но в целом это эволюционный процесс. Его неизбежно могут сопровождать свои взлеты и падения, но это все равно движение вперед.
— Знаете, как говорил Тоехиро Коно, известный японский исследователь в области менеджмента, пропагандировавший новаторско-аналитический подход в работе: смотри вперед и думай головой, — резюмировал Дмитрий Суворов.Как часто вы пишете от руки?
Андрей Крапивин, программист:
— Очень редко. Недавно в одной конторе пришлось заполнять анкету от руки, и поймал себя на мысли, какой у меня ужасный почерк, я почти отвык писать ручкой на бумаге. Мне кажется, это постепенно становится рудиментом. И это жизнь, с этим ничего не поделаешь.
Нателла Стрежнева, врач-педиатр:
— Я только и делаю, что пишу. Кажется, иногда и на больного взглянуть некогда. Почерк у меня, наверное, как у всех врачей: из разряда — «ничего не понять». С удовольствием писала бы поменьше, пока это проблема всех медицинских учреждений.
Кристина Штерн, начинающий писатель:
— Пишу я, конечно, на компьютере. Но есть одна особенность: логику произведения, его структуру я продумываю на бумаге. Размечаю последовательность сюжетов, композицию. Иначе не смогу начать писать. В блокнот от руки небольшими набросками заношу и самые значимые части текста. Получается такое причудливое плетение из того, что я задумываю, на бумаге, и потом печатаю на компьютере. Мне даже интересно бывает за собой понаблюдать со стороны. Для меня это как два вида деятельности, два механизма работы, которые я объединяю в один.
Текст: Елена Мационг
