Мы, как народ, становимся все старше и, хочется надеяться, мудрее, хотя об этом можно поспорить. У 23% населения России — возраст за 60 лет (в 1989 г. -15,3%). В России больше 14 млн людей — те, кому за 70. Это 10% населения. Столетних в России — целый город, больше 20 тысяч человек (Росстат). Здоровья им — и всем нам, есть на что надеяться— публикует «Российская газета».
А как живут старшие? Три четверти из тех, кому за 70, в городах. Значит, они далеко от земли, им на своем хозяйстве не прокормиться, разве что добавить что-то на даче или на участке. Почти 70% тех, кому за 70 лет, — женщины. Берегите своих мужчин, и пусть они берегут себя сами! Тяжко быть страной вдов.
Мы всегда внутри мальчики и девочки, «пенсия по старости» — отвратительная кличка. Но она есть, и в среднем по России она очень невелика — 16,8 тыс. руб. Это «средняя температура по больнице», велик разброс пенсий. Больше 6 млн человек в России недотягивают в своей пенсии до прожиточного минимума, установленного специально для пенсионеров, и получают доплаты до него (Росстат). А какой он, этот минимум? Для Москвы -13,5 тыс. руб., для Белгородской области — 8,7 тыс. руб., для Тверской — 9,9 тыс. руб., для Чувашии — 8,5 тыс. руб., в среднем по России — 10 тыс. руб. (Росстат). Тяжело жить на такие деньги.
Пенсию «по старости» получают 35,7 млн чел., почти 25% населения России. Еще 3 с лишним млн чел. — социальную пенсию (те, кто не платил страховые взносы). Не платил, но все-таки заслужил фактом своего существования, в среднем 9,8 тыс. руб. (Росстат, 2020). Никого нельзя оставлять совсем без денег.
Средний размер пенсии «по старости» — 29,3% от средней начисленной зарплаты по России. Это очень мало, в 2015 г. было 35% (Росстат). Всемирный банк рекомендует — хотя бы 40% от зарплаты до выхода на пенсию. Достичь бы!Средний размер пенсии по старости составляет меньше 30% средней российской зарплаты
Пенсии официально не отстают от инфляции. Средняя пенсия 2020 г. была на 65,7% выше уровня 2012 года. А розничные цены? Выросли за это время на 63% (Росстат). Неизвестно, согласятся ли с таким мнением пенсионеры. На продтовары (это ключевые расходы) цены выросли на 71%. Отдельные продукты били рекорды. Масло сливочное в 2020 г. было выше по цене, чем в 2012 г., в 2,4 раза, чай — в 2,3, сыры — в 2,2, мороженая рыба — в 2,1, мясные консервы — в 2,0, картофель — на 81%.
У абсолютного большинства старших нет значимых сбережений. Тем, кому сегодня 70-80 лет, было 40-50 в 1990-х, и все, что у них было накоплено к энергичной середине жизни, съели денежные реформы и инфляция. Сегодня 12% «семей, состоящих только из пенсионеров» (значит, и одинокие пенсионеры тоже), не могут оплачивать «жизненно необходимые медицинские препараты», 64% не могут себе позволить неожиданные крупные расходы, в т. ч. срочные медицинские услуги, 64% не могут заменить «самую простую мебель», 25% не могут позволить себе «фрукты в любое время года», 35% не могут «пригласить гостей на семейное торжество», 63% — выехать хотя бы на неделю в отпуск, 17% — купить новую одежду. Почти половина пенсионеров заявила, что сводят концы с концами с затруднениями или большими затруднениями (Росстат, 2020).А может быть, начнем распределять каждый год между пенсионерами дивиденды Сбербанка, контрольная доля которого у ФНБ?
Что в итоге имеем? Огромная группа людей, всю жизнь честно работавшая, приняла на себя основной удар пандемии. Она находится в гораздо худшем финансовом положении, чем все, кто румяны, здоровы и, в общем-то, не очень думают, что будет с ними через 40-50 лет. «Старшие» неизбежно вынуждены работать до последнего, понимая, что если не будут этого делать, то подорвут сами основы своего существования, не говоря уже о том, что попадут в ловушку, если вдруг понадобятся большие деньги на медицину. Вот бюджет «среднего» пенсионера (не только по старости): пенсия — 52% доходов , «трудовая деятельность» — 38% (Росстат, 2019). Работают 14-15 млн тех, кому за 65 лет. Но численность занятых в России в последние годы падает. Кого увольняют первыми? Риторический вопрос.
Жизнь тех, кому за 65 лет, должна быть легче. Для этого нужно, чтобы общество на 100% согласилось с несколькими важными идеями. Они сегодня оспариваются. Вот эти идеи. Никогда не ждать, когда старшие, «советские», уйдут и тогда жизнь в России станет лучше. Она станет гораздо хуже. Не финансировать их по остатку. Чем больше «кусок» для них, тем живее и этичней экономика. Никогда не думать о том, чтобы ограничить дееспособность по возрасту. Не смотреть на них, как на несчастных стариков. Такие идеи бродят в обществе. Меньше считать, кто кого кормит. Не они нам обязаны, а мы им. Они уже свой хлеб заработали и прокормили нас, когда мы были в детском беспомощном состоянии. Чем дольше они живут, тем больше надежды для всех нас. Когда Зельдин в 100 лет выходил на сцену — это для нас. Когда Георгий Мирский под 90 лет затмевал всех экспертов — это тоже для нас. Всё сделать, чтобы им было лучше — это дело чести в нашей культуре, не только в восточной. Держать для них рабочие места, если хотят работать. Их опыт — бесценен. И еще (мечта) — вернуться, хотя бы частично, к семье из трех поколений, когда все вместе, и внуки всегда будут помнить бабушек и дедушек.
Разве у нас так ограничены для этого ресурсы? В 2017 г. на одного российского пенсионера «по старости» приходилось 111 тыс. руб. Фонда национального благосостояния, в 2020 г. — 379 тыс. руб., в 2021 г. перевалит за 400 тыс. руб. Может быть, успеем сделать что-то крупное для тех, кому за 70? Или хотя бы за 80? А может быть, начнем распределять каждый год между пенсионерами дивиденды Сбербанка, контрольная доля которого у ФНБ? Вот это был бы отличный мировой опыт, которому учились бы у России!
Текст: Яков Миркин (заведующий отделом международных рынков капитала Института мировой экономики и международных отношений РАН)
