Девятого декабря отмечается Международный день борьбы с коррупцией. Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин рассказал в совместном интервью «Российской газете» и «Интерфаксу» о расследовании коррупционных дел, причиненном ущербе и размере похищенных средств, которые следователям удалось вернуть в бюджет.
Александр Иванович, как вы оцениваете ситуацию с коррупцией в стране?
Александр Бастрыкин: Борьба с коррупцией ведется последовательно и системно. Она включает в себя широкий диапазон принимаемых мер: от совершенствования законодательства и деятельности правоохранительных, контрольно-надзорных органов до воспитания в гражданах нетерпимости к любым подобным проявлениям. Отмечу, что стратегией экономической безопасности РФ на период до 2030 года, утвержденной Указом главы государства, в качестве одной из приоритетных задач государственной политики в сфере обеспечения экономической безопасности является борьба с нецелевым использованием и хищением госсредств, коррупцией, теневой экономикой. Общими усилиями правоохранительным органам удается выявлять значительное число коррупционных преступлений, привлекать виновных к ответственности. Все это способствует наращиванию профилактической составляющей. Важно, чтобы мы пришли к такому результату, когда люди не идут на совершение коррупционных преступлений, потому что это неприемлемо с точки зрения их системы ценностей. Следует подчеркнуть, что, несмотря на то, что многие коррупционные преступления латентны, известны случаи, когда на региональном уровне чиновники вымогали взятки у бизнесменов за покровительство, но после ухода должностных лиц в отставку предприниматели стали давать показания об их незаконной деятельности.
Сколько всего уголовных дел коррупционной направленности возбуждено с начала года, какие коррупционные преступления совершаются наиболее часто?
Александр Бастрыкин: За 9 месяцев этого года в следственные органы Следственного комитета поступило 23 тыс. 634 сообщения о коррупционных преступлениях. По результатам их рассмотрения возбуждено 17 тыс. 563 уголовных дела, что на 15% больше, чем за такой же период прошлого года. В суды направлено 7405 дел (+10%) в отношении 8175 лиц.
Среди направленных в суд каждое четвертое дело — о даче взятки (1949, или 27%), 16% — о получении взятки (1192). В «лидерах» также дела о мошенничестве (1083, или 15%), а также присвоение или растрата (492, или 7%).
Как вы считаете, нужны ли в законодательстве какие-либо изменения или, возможно, нововведения для повышения эффективности противодействия коррупции?
Несмотря на установление рамочных правил, по-прежнему остаются «серые» зоны, без регулирования которых эффективное противодействие незаконным финансовым операциям с использованием цифровых финансовых активов и цифровой валюты уголовно-правовыми средствами затруднено. В частности, до настоящего времени не приняты дополнения в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство, закрепляющие принадлежность цифровых валют к имуществу. Об этом я говорил еще год назад. Отсутствие таких норм может затруднять квалификацию деяний (например, хищений, взяточничества, финансирования терроризма) и создавать неопределенность судебного рассмотрения уголовного дела. Кроме того, отсутствие определения процессуального статуса таких активов препятствует наложению на них ареста, а также конфискации.
А как арестовывать цифровую валюту?
Александр Бастрыкин: В ряде случаев успех процедур ареста может обеспечиваться «подконтрольностью» лиц, оказывающих услуги в сфере виртуальных активов, государству, и тогда арест криптовалюты может быть реализован по аналогии с арестом денежных средств и ценных бумаг.
Однако необходимо учитывать децентрализованный характер выпуска цифровой валюты, который не позволяет обеспечить полный контроль государства в этой сфере.За 9 месяцев этого года Следственный комитет РФ направил в суд уголовные дела против 331 гражданина с особым правовым статусом
В таких случаях в целях ареста криптоактивов требуется обеспечить возможность их перевода из-под контроля обвиняемых под контроль государства, например, внедрив в уголовно-процессуальный закон нормы, позволяющие суду предписывать лицу перевести криптоактивы на специальный государственный криптосчет до завершения судебного разбирательства.
Сделать эти положения исполнимыми позволит одновременное расширение уголовной ответственности за неисполнение судебного решения уже установленной статьей 315 УК РФ.
В каких сферах выявляется больше всего коррупционных преступлений, с чем это связано?
Александр Бастрыкин: Преимущественно это правоохранительная сфера, финансовая, образование и наука, здравоохранение и соцобеспечение. Все это большой массив общественных отношений, в которых есть те, кто желает незаконно получить некие преимущества, «решить вопрос», ускорить прохождение определенных процедур, и те, кто может им это обеспечить незаконным путем. Этим объясняется наибольшее количество преступлений в этих сферах.
Еще, как известно, нередко хищения происходят при строительстве, особенно когда на это выделяются бюджетные средства. Сейчас, например, следствие готовит материалы для обращения в компетентные органы Израиля о выдаче учредителя ООО «Группа компаний «Охрана» Алексея Кобыщи. Он обвиняется в хищении бюджетных средств на сумму более 178 млн рублей путем завышения стоимости оборудования системы видеонаблюдения компании Dallmeier, поставляемой для установки на стадионе «Зенит арена» в Санкт-Петербурге. Несколько его соучастников уже предстали перед судом.
.jpg)
Александр Бастрыкин: Профессионализм и порядочность — главные условия для работы в СК. Фото: Пресс-служба Следственного комитета РФ
Следует подчеркнуть, что наши усилия сосредоточены и на выявлении и привлечении к уголовной ответственности чиновников, чья противоправная деятельность наносит не только материальный ущерб, но и серьезный урон авторитету госслужбы.
В их числе, например, расследованное уголовное дело в отношении заместителя председателя правления Пенсионного фонда России Алексея Иванова (осужден на 4 года) и иных должностных лиц, которые получили взятки на сумму свыше 210 млн рублей за незаконное предоставление информации о предстоящих госзакупках, общее покровительство и попустительство по службе при заключении и реализации госконтрактов.
Также завершено расследование в отношении зампредседателя правительства Ставропольского края Александра Золотарева. По данным следствия, он получил более 63 млн рублей в качестве взяток от представителей коммерческих организаций за покровительство при реализации госконтрактов по строительству в Ставрополе медицинских учреждений и совершение иных должностных преступлений.
Как видно из приведенных примеров, хищения бюджетных средств при осуществлении госконтрактов продолжаются. Вместе с тем большинство проблем во взаимоотношениях с бизнесменами в этом направлении, в том числе путем искоренения так называемых откатов, может быть решено после вступления в силу нового закона (№ 360-ФЗ), предусматривающего упрощение проводимых процедур и повышающего прозрачность государственных и муниципальных закупок. И что самое важное, в крупных закупках смогут участвовать только предприятия, имеющие положительный опыт деятельности на данном направлении.
Как часто выявляются коррупционные преступления в правоохранительной сфере?
Александр Бастрыкин: В целом за последние годы отмечается тенденция снижения преступности, например, среди работников органов внутренних дел. Так, если в 2011 году перед судом предстали 1678 сотрудников МВД России, то в 2020 году — 1199, то есть на треть меньше. Этот год еще не окончен, но тенденция сохраняется (820 лиц; -7%).
В большинстве случаев правоохранители сообщают о попытках дать им взятку. Такие «предложения» делают и фигуранты уголовных дел, чтобы уйти от ответственности, и даже адвокаты, которые участвуют в различных незаконных схемах.
Например, в Дагестане на протяжении 10 лет действовало преступное сообщество, которым, по версии следствия, руководил адвокат Арсланали Абулмуслимов, а в составе были еще несколько его коллег, нотариус, правоохранители. Соучастники подавали в судебные органы сфальсифицированные исковые заявления в интересах лиц, якобы имеющих право на реабилитацию в связи с их незаконным привлечением к уголовной ответственности, а также поддельные документы, подтверждающие такое право. Впоследствии на основании судебных решений из бюджета было похищено более 80 млн рублей. Эти факты были выявлены в ходе работы правоохранительных органов по декриминализации Северного Кавказа. Сейчас фигуранты знакомятся с материалами дела.
Какова сумма самой большой взятки или растраты за последнее время?
Александр Бастрыкин: По одному из уголовных дел следователи установили, что должностные лица АО «РКЦ «Прогресс», которые в рамках реализации федеральной целевой программы «Развитие оборонно-промышленного комплекса РФ на период 2011-2020 годов» совершили действия по заключению госконтракта на поставку комплекса оборудования на условиях его завышенной стоимости, причинив ущерб в размере 957 млн рублей.
По делу в отношении бывшего министра Открытого правительства РФ Михаила Абызова и его соучастников завершены следственные действия и выполняются требования статьи 217 УПК РФ. Фигурантам предъявлено обвинение. В результате их противоправных действий был извлечен незаконный доход на сумму более 32 млрд рублей.
Если же мы говорим о преступлениях в сфере государственной власти, и в частности взяточничестве, то здесь опасность общественным отношениям представляют и менее крупные суммы, а получение взятки на сумму более миллиона наказывается лишением свободы на срок до 15 лет.
Например, в этом году было направлено в суд уголовное дело бывшего первого заместителя руководителя администрации Чеховского муниципального района Московской области Дмитрия Фриша. В 2016-2018 годах он получил от представителей коммерческих строительных организаций деньги и недвижимое имущество на общую сумму свыше 43 млн рублей за оказание общего покровительства и попустительства по службе.
Часто ли удается добиться возмещения ущерба, причиненного коррупционными преступлениями? Помогает ли в этом вопросе арест имущества, который накладывается в качестве обеспечительной меры?
Александр Бастрыкин: Следователи принимают все возможные меры для возмещения ущерба, причиненного государству, юридическим лицам и гражданам в результате совершения коррупционных преступлений. В текущем году (приведены статданные за 9 мес. 2021 г.) размер причиненного ущерба по направленным в суд, прекращенным и приостановленным уголовным делам, а также по материалам об отказе в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям составил 13 млрд рублей. За этот период уже добровольно возмещено более 8 млрд рублей, также наложен арест на имущество на сумму почти 18 млрд рублей, что в 2 раза больше, чем за этот же период прошлого года.
В целом можно сказать, что комплексные меры в текущем году позволяют полностью возместить ущерб, причиненный коррупционными преступлениями.
Например, в Кабардино-Балкарии были арестованы 26 объектов недвижимости и 22 транспортных средства, принадлежащих фигурантам уголовного дела об организации преступного сообщества и получении взяток за незаконную перевозку алкогольной продукции по республике. В их числе 14 должностных лиц регионального управления МВД России. Их незаконная деятельность была выявлена Главным следственным управлением по Северо-Кавказскому федеральному округу совместно с ГУСБ МВД России. Сейчас обвиняемые знакомятся с материалами дела.
Как часто привлекаются к ответственности так называемые спецсубъекты, много ли таких лиц стали фигурантами уголовных дел?
Александр Бастрыкин: За 9 месяцев этого года направлены в суд уголовные дела в отношении 331 лица с особым правовым статусом, за тот же период прошлого года — 338. В числе привлеченных к уголовной ответственности 83 депутата органов местного самоуправления, 86 выборных глав муниципальных образований органов местного самоуправления, 42 члена избирательных комиссий, 19 прокурорских работников, 11 следователей и руководителей следственных органов Следственного комитета, 18 следователей и руководителей органов предварительного следствия в системе МВД России, 41 адвокат, 7 судей, 8 депутатов законодательного органа власти субъекта РФ.
В частности, недавно направлено в суд уголовное дело бывшего депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 6-го созыва Романа Коваля и его соучастника, обвиняемых в получении денежных взяток на сумму более 10 млн рублей и автомобиля «Ауди» стоимостью 6,2 млн рублей. Впоследствии для обеспечения исполнения приговора суда на это и другое имущество обвиняемых наложен арест.
Также мы никогда не замалчиваем факты коррупции и в своих рядах. Один из последних примеров — это приговор по делу бывшего первого заместителя руководителя СУ СК России по Свердловской области Михаила Бусылко и экс-заместителя прокурора Свердловской области Дмитрия Чуличкова, которые за получение взятки осуждены к 9 и 8,5 годам лишения свободы соответственно.
Я не раз говорил о том, что только высокий профессионализм и порядочность могут гарантировать место в системе Следственного комитета.
В обществе нередко возникают мнения о нецелесообразности заключения под стражу лиц, проходящих по делам, не связанным с насильственными преступлениями. Например, предпринимателей, обвиняемых в растрате, хищении или даче взятки. Как вы считаете, стоит ли чаще применять альтернативные меры пресечения, например, домашний арест или залог?
Александр Бастрыкин: Заключение под стражу уже и так не применяется в отношении индивидуальных предпринимателей, совершающих отдельные преступления в сфере экономики, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности. При этом необходимо соблюдение ряда условий: лицо не должно скрываться от следствия, нарушать ранее избранные меры пресечения, иметь постоянное место жительства.
Если же мы говорим о других категориях преступлений, в том числе против государственной власти, то к вопросу об избрании меры пресечения нужно подходить более взвешенно. Если есть уверенность, что фигурант не станет скрываться от правоохранительных органов, пытаться оказать воздействие на свидетелей, потерпевших, уничтожать доказательства, чтобы избежать ответственности, то более мягкая мера пресечения вполне допустима. Главное, чтобы такое решение не препятствовало выполнению основных задач уголовного процесса — защите прав потерпевших и привлечению виновных к ответственности.
В завершение хотел бы выразить слова благодарности сотрудникам всех правоохранительных органов, которые вносят свой вклад в общегосударственное дело борьбы с коррупцией. Подчеркну, это наша совместная задача, ведь искоренить коррупцию мы можем только вместе, консолидировав усилия общества и государственных органов.
