Два года у нас, как и в Европе, из-за пандемии COVID-19 не проводились музыкальные open-air, собиравшие десятки тысяч зрителей и звезд рока, джаза, рэпа, фолка… Теперь фестивали возвращаются. Одни интригующе изменятся, другие перенесены на 2023-й, иные пока не определились с новыми датами. А первой о своем возвращении объявила «Дикая мята», которая проходила сначала в Москве, а затем переехала в деревню Бунырево Тульской области пишет наш информационный партнёр «Российская газета»
«Мята» собирает зрителей, открытых всему новому, и старается создать им комфортные условия. Фото: предоставлено организаторами фестиваля «Дикая мята»
На огромном фестивальном поле уже вырос небольшой городок с четырьмя сценами, улицами, домиками для проживания и «Легендарной аллеей», где растет и клен, высаженный в честь «Российской газеты».
О том, как изменится фестиваль, из-за прошлогодней отмены потерявший 96 миллионов рублей, но не сдавшийся, обозревателю «РГ» рассказал продюсер «Дикой мяты» Андрей Клюкин.
Вы первыми объявили, что «Дикая мята» в этом году состоится. Быстрее других просчитали, что, несмотря на сложность ситуации, фестиваль сможет принести прибыль? Или решили, что в столь непростые времена людям нужно больше хорошей музыки и возможностей снова собираться вместе?
Андрей Клюкин: Если про доходы, то фестивалям, два года подряд переносившимся из-за эпидемиологических проблем, пока не до них. Наши главные задачи: закрыть задолженность перед зрителями, которые все два года хранили билеты, и сберечь саму «Дикую мяту». Ведь хотя фестиваль не проводился, нам приходилось тратиться на аренду офисов, визы, невозвратные билеты для музыкантов, предоплаты гонораров, многие из которых мы пока не можем вернуть. К тому же ушли из России несколько компаний, которые были партнерами фестиваля. Поэтому сначала думали все отменить и в этом году. Но каждое утро я вспоминал, что даже во время Второй мировой шли концерты, спектакли, фильмы! А к вечеру под гнетом новостей все-таки решал свернуть работу. А утром — все сначала… Так продолжалось, пока я не оказался в Иволгинском дацане и не побеседовал с Далай-ламой. Он мои сомнения разрешил: «Дикая мята» — дело хорошее и доброе. Плохие дела делаются каждый день, без выходных — почему же ты хочешь взять выходной в добром деле?!»
И мы взялись за дело. Да, ранее заявленные участники из-за рубежа отказались приехать — но нам в первую очередь интересна независимая музыка стран СНГ. И вы понимаете, что участие, например, AURORA или REN на посещаемость события почти не влияет — просто нам хотелось показать этих замечательных артистов нашей аудитории. Ну что ж, пусть так, без них…
В прошлом году «Дикую мяту» отменили за несколько часов до открытия, когда вы уже построили сцены, разбили аллеи, завезли аппаратуру, заплатили немалые гонорары артистам… Хоть какие-то группы потом вернули вам деньги?
Андрей Клюкин: Да, мы уже построили пять сцен, полсотни кафе, кинотеатр, лекторий, детский городок, водопровод, привезли музыкантов, в том числе зарубежных, расселили. Но за семь часов до открытия нас отменили — это было невероятно жестко. Потратили 96 миллионов рублей, но ни рубля заработать не успели — ощущение, словно из-под тебя выбили землю, и ты летишь, понимая, что точно разобьешься. Но нам очень помогли люди. Зрители не только не сдавали билеты, но даже организовали сбор средств для нашей поддержки, губернатор области Алексей Геннадьевич Дюмин из внебюджетных средств компенсировал расходы по стройке и тем спас нас от банкротства. Ну а музыканты предложили выступить в 2022 году за символический рубль…На первом месте интересная музыка, на втором комфорт для зрителей и побочные программы, и только потом деньги
Год назад на будущей аллее появился саженец клена «Российской газеты». Фото: предоставлено организаторами фестиваля
Да, это был красивый жест. Но чего не пообещаешь, зная, что выполнять придется через год? А теперь, за месяц до «Дикой мяты», неужели никто из артистов не забыл о своем обещании?
Андрей Клюкин: Есть артисты, которые не смогут принять участие в фестивале. Причины разные: музыканты из Украины в России играть не будут, кто-то покинул нашу страну, у кого-то сменился менеджмент, и эти новые люди не считают нужным выполнять прежние обязательства. Но большинство артистов — с нами!
Чему вас научили эти непростые времена?
Андрей Клюкин: Пониманию, что любовь и благодарность — главные понятия на свете: вокруг тысячи потрясающе добрых людей с отзывчивыми сердцами. Окрепло убеждение, что «Дикую мяту» надо продолжать, коль скоро она объединяет таких людей.
Для меня, да и для многих зрителей, это фестиваль открытий. Вы часто приглашаете артистов, которых прежде никто не слышал, а мы удивляемся: «Кто это и зачем?». Но впервые услышав на «Мяте», потом ищем их новые песни. Какой баланс звезд и малоизвестных исполнителей надо соблюдать, чтобы не отпугнуть зрителей?
Андрей Клюкин: Все давно привыкли, что «Дикая мята» — в первую очередь про новую музыку. Конечно, у нас бывают и популярные артисты, но их в стране не так много. И если делать ставку только на них, мы неизбежно станем ретрофестивалем, который гоняет по кругу одно и то же. А второе — если на фестивале играет та же музыка, как везде, то «Дикая мята» просто не будет иметь своего лица, а это совсем плохо. Фестиваль собирает зрителей, открытых всему новому, и мы стараемся создать для них комфортные условия, чтобы фестиваль превратился в приятное музыкальное путешествие. Никогда не гнались за статистикой, нас не интересуют рекорды посещаемости — нам важна атмосфера на площадке. Не первый год мы держимся правила — не больше 20 000 зрителей на уикенд. Например, в этом году, продав 20 000 абонементов, мы просто создали еще один уикенд. Возможно, в следующем году таких уикендов будет три. Но зато при таком количестве зрителей и врачи в случае чего смогут подъехать к любой палатке, и никто не потеряется в ночи, потому что кемпинг разделен на улицы, и к ним проведен свет (в отличие от большинства фестивалей. — Прим. ред.). Работают бесплатные души с горячей водой, а в кафе нет огромных очередей.
Не секрет, что многие ездят на open-air не только послушать звезд, но и весело провести время на природе, поиграть в футбол, выиграть призы в конкурсах?! Но вам, похоже, интереснее создавать себе иной имидж? На имидже можно заработать больше, чем на звездах?
Андрей Клюкин: Есть такая поговорка: загад не бывает богат. Конечно, мы всегда рады заработать, заплатить сотрудникам премии, отложить деньги на очередные инфраструктурные решения. Но деньги в «Дикой мяте» всегда на третьем месте. На первом месте интересная музыка, на втором комфорт, уют и немузыкальные, параллельные программы. И только потом — деньги. Мы никогда не составляли программу «Дикой мяты» с точки зрения линейного заработка. Скажу больше: бывает, мы сознательно не привлекаем того или иного артиста, так как это «общее» место (то есть через неделю он появится на каком-нибудь другом фестивале, через две — на следующем. — Прим. ред.).
«Дикая мята» впервые пройдет в два этапа — зачем? Чтобы реабилитироваться за два пропущенных сезона?!
Андрей Клюкин: Да, теперь фестиваль будет проходить в два уикенда. Первые выходные мы называем «Дикая мята. GREEN», вторые «Дикая Мята. VIOLET». У этих уикендов разные акценты, но основа фестиваля неизменна — яркая и независимая музыка. Ключевые отличия — в ночной программе. На «Дикой мяте. GREEN» после полуночи будут звучать песни, которые все знают наизусть, а на «Дикой мяте. VIOLET» — PSY и техно. В первый уикэнд люди будут петь, а на втором — танцевать.
Есть артисты, которых вы хотели заполучить любой ценой, поскольку вам очень нравится их музыка? Что при этом больше помогает — внушительная сумма контракта или личная дружба?
Андрей Клюкин: В этом году артисты сами звонили, предлагали свою поддержку. А что касается гонораров, то мы стараемся не вступать в торги. Можем потянуть заявленный артистом гонорар — тянем, нет — значит нет. Наши средства — проданные билеты и поддержка партнеров фестиваля, благодаря которой мы можем держать цены на приемлемом уровне. В этом году абонемент на три дня, за которые можно послушать 100 концертов, стоит всего 4500 рублей. Хотя в нашем музыкальном кемпинге мы построили специальную сцену, которая будет работать не только в рамках «Дикой мяты», но и весь сезон. У нас есть уже десять всесезонных домов, строим стационарный ресторан и комплекс комфорта… Хотим создать своего рода Переделкино для музыкантов. Тем более что здесь невероятно красивое место, окруженное рекой, лес, тропы, подвесные мостики, потрясающие закаты. Мы каждый вечер любуемся — телевизор не нужен!
Каждый год у деревни Бунырево «Дикая мята» выстраивает целый городок: проходят мастер-классы и можно брать уроки игры на музыкальных инструментах, слепить горшок или нарисовать картину… Фактически вы строите Луна-парк, но потом его разбираете — не жаль?
Андрей Клюкин: Именно поэтому мы и решили проводить фестиваль в десять дней, чтобы продлить его работу минимум на неделю. Но со временем площадка будет работать круглогодично, и если не случится что-то экстраординарное, то мы становимся свидетелями развития самой красивой и комфортной фестивальной площадки.
У вас есть фраза, которой вы обычно напутствуете каждую новую «Дикую мяту»?
Андрей Клюкин: Хотелось бы мне иметь такой красивый обряд, но его, к сожалению, нет. Дело в том, что уже в мае начинается стройка, темпы которой возрастают день ото дня. Как всегда, все доделывается в последние часы до открытия. И на фестиваль ты уже выходишь в состоянии мандража, поспав три-четыре часа, и с головой, в которой дела роятся как в улье. Но вот для завершения фестиваля традиция есть: вызываем всех, кто работал, называем их поименно и благодарим всем полем! И для меня это лучший момент «Дикой мяты».Между тем
5 самых популярных российских open-air
«Рок над Волгой» (Самарская область) — 307 тысяч зрителей. 2012 год
«Нашествие» (Тверская область) — 200 тысяч зрителей. 2019 год
«Пикник «Афиши» (Москва) — 61 тысяча зрителей, 2017 год
«Дикая мята» (Тульская область) — 57,5 тысячи зрителей, 2018 год
«Чернозем» (Воронеж) — 37 тысяч зрителей, 2017 год.
Текст: Александр Алексеев
