28 июля в России отмечают День Крещения Руси — в 2022 году дата некруглая, 1034-летие. А еще 28 июля день памяти святого равноапостольного князя Владимира, яркая фигура которого уже не одно столетье будоражит мир. Вот и журнал Time в статье, посвященной тысячелетию Крещения Руси, саркастически перечисляя грехи князя Владимира, язвил — и такого злодея русские считают святым! Что касается «проекта Крещения Руси», то его авторы статьи называли коварным ходом претенциозного завоевателя, вознамеревшегося затмить Византию — пишет наш информационный партнёр «Российская газета».
К тому, кем был князь Владимир Святославович, святым или грешником, мы еще вернемся, тем более, что ни жития, ни летописи тут ничего не умалчивают и не приукрашивают. Начнем с того, чем же был выбор веры Владимиром: точным расчетом дальновидного амбициозного политика, замыслившего создать государство, способное соперничать с Византией, или все же Божьим касанием?
Для непредвзятого исследователя загадки здесь нет: гениальность, пусть и в сфере политики, все равно имеет иррациональную природу, это то, что называют даром предвидения, озарением свыше, феноменальной интуицией — термин выбирай любой, суть неизменна. А то, что выбор христианства — ход гениальный, ход, который привел к возникновению не просто нового государства, новой культуры, новой цивилизации, не поспоришь.
Как сказал академик С. С. Аверинцев, «на глазах у изумленной Европы вдруг возникает из варварской страны на краю света держава с мировой культурой, мировой религией. И это сразу было ознаменовано расцветом древнерусской цивилизации». Распространение грамотности, появление летописания, развитие архитектуры, литературы, искусства.
Киевская Русь начинает чеканить свою золотую монету, входит в общеевропейское культурное пространство. И все на протяжении жизни нескольких поколений! А международный авторитет!
Один пример: если Владимир добывал себе в жены византийскую царевну Анну силой оружия, то с его потомками мечтали породниться все европейские правители. Дочь Владимира стала королевой Польши, сын женился на дочери короля Швеции, три внучки — королевы Венгрии, Норвегии, Франции.
Сравнивая через тысячелетие исходные данные и результаты выбора, сделанного Владимиром, можно констатировать: без вектора под названием «чудо» в этом грандиозном развитии не обошлось, что, впрочем, и расчет не отменяет. Просто чудо здесь, как масло на бутерброде, размазано — на десятилетия, века, поэтому, скрываясь за повседневным, оно не столь явно.
Так что никакой загадки в том, кем был Владимир — умным, прагматичным, удачливым политиком или человеком, действующим по наитию свыше, нет.
Гораздо интересней разобраться, как грешник мог стать святым. И помогут нам в этом жития и летописи, подробно расписывающие, насколько святой князь Владимир первую часть своей жизни был не свят. Они честно рассказывают и о женах князя, и о сотнях наложниц (на взгляд современного человека — былинное преувеличение). Повествуют и о том, как князь заманил в Киев старшего брата Ярополка и дал его убить.
Не оправдывая Владимира, уточним: Ярополк в свое время пошел войной на среднего брата Олега, в результате чего Олег погиб — братоубийства были вполне в духе правителей того времени. Припоминают Владимиру и кровавую историю с полоцкой княжной Рогнедой. Владимир к ней посватался, она оскорбительно — мол, куда лезешь, сын рабыни! — ему отказала. Владимир с войском взял Полоцк, Рогнеду обесчестил на глазах у ее родителей, которых потом убил, ну, а на Рогнеде, как и хотел, женился. Есть еще рассказ про христианина Феодора и его сына Иоанна, принесенных в жертву Перуну в честь какой-то победы, — тут, правда, подсуетились жрецы, князь просто не препятствовал.
Перечисляя грехи Владимира, которые мы знаем лучше своих, стоит сказать, что с началом братской междоусобицы юный князь прятался у варягов, а варяги не самые лучшие воспитатели таких добродетелей, как смирение, милосердие. Там один закон: «Либо я, либо меня». Одно право — право сильного.
Мы не знаем точно, когда именно князь прозрел, увидел свои поступки глазами Бога. Зато можно достоверно утверждать, что это прозрение было искренним, настолько глубинные изменения произошли в его характере и жизни. Очевидно и то, что крещению Владимира предшествовал его личный поиск Бога. При этом князь сначала нашел Бога для себя и только потом предложил свою веру народу.
Как же происходило крещение святого? Конец 80-х годов X века. Византийская империя на краю катастрофы. Поражение в войне с болгарами (986 г.) и мятеж, поднятый Вардой Фокой, объявившим себя императором, вынуждают двух соправителей империи Василия II и Константина VIII обратиться к князю Владимиру за помощью. Киевский князь берется помочь, но взамен требует от императоров руки их сестры Анны.
Притязание для правителей империи унизительное, но они вынуждены согласиться — при условии крещения киевского язычника. Владимир к тому времени, считают историки, с выбором веры уже определился и в 988 г. предположительно под Киевом принял крещение с новым именем Василий.
Шеститысячный корпус князя Владимира прибывает в Константинополь и в пух и прах разбивает мятежников. Однако императоры выполнять обещание не спешат. Тогда разгневанный князь выдвигает войско на Корсунь и захватывает город. Византийцы от греха подальше отдают Анну в жены.
У А. К. Толстого есть дивная поэма «Песнь о походе Владимира на Корсунь», дивная, потому что чуткость поэта позволила Алексею Константиновичу уловить нечто крайне важное в характере князя. В скобках стоит заметить: Толстой не знал, что к приезду в Херсонес Владимир был уже крещен, — в этом историки утвердились позже, но сути это не меняет.
Вот монах (мних) христианин убеждает язычника Владимира в истинности христианства:
«Добро, — сказал князь, когда выслушал он
Улики царьградского мниха, —
Тобою, отец, я теперь убежден,
Виновен, что мужем был стольких я жен,
Что жил и беспутно, и лихо.
Что богом мне был то Перун, то Велес,
Что силою взял я Рогнеду,
Досель надо мною, знать, тешился бес,
Но мрак ты рассеял, и я в Херсонес
Креститься, в раскаянье, еду!»
А вот с каким юмором описаны чувства греков по приезду князя!
«Увидели греки в заливе суда,
У стен уж дружина толпится,
Пошли толковать и туда и сюда:
«Настала, как есть, христианам беда,
Приехал Владимир креститься!»
Смотрите, здесь не только воинственный характер Владимира, привыкшего все решать силой! Здесь шире — здесь решимость! Искренняя, горячая готовность отринуть от себя «зверя» и принять Бога, именно это стало тем рычагом, который позволил совершиться такому невероятному перевороту на 180 градусов: от грешника к святому.
Благодать, даруемая во время Таинства Крещения, воздействует на всех. Но от человека зависит, насколько он сумеет этот дар принять и распрощаться с греховным в себе. Насколько глубинно (по слову митрополита Антония Сурожского) он откроет себя Богу.
Как сообщает летописец, услышав евангельские слова: «Блаженны милостивые, ибо помилованы будут», крестившийся Владимир «повелел всякому нищему приходить на двор княжеский и брать все, что необходимо». Устроив так, князь понимает, что немощным и больным до его двора не добраться, и для таких он велит снаряжать телеги со всем необходимым.
Прочитав в «Деяниях Апостолов» о том, что у первых христиан было общее имущество, князь раскрывает народу свои кладовые. Узнав о заповеди «не убий», пытается отменить смертную казнь. «Боюсь греха», — отвечает Владимир на вопрос, почему не казнит разбойников… Буквальное и чистое восприятие христианства, скажут потом об этом богословы.
«Надежда и утешение для каждого из нас — грешного, слабого, порой порывистого в вере, непостоянного в добре, — когда мы видим, что такой же, как мы, человек смог открыть Бога и так глубинно, так потрясающе измениться во всем», — писал митрополит Антоний Сурожский.
