Отец Валерий: Хороший христианин — хороший воин. Поверьте, это лучше, чем человек без царя в голове. / фото: Информационный отдел Ростовской епархии
В Священном Писании сказано, что великие воины спросили у Иоанна Предтечи: «Как нам поступать?» — «Исполняйте приказы, не берите лишнего, сохраняйте добрые отношения в своих рядах», — ответил святой. И предупредил, что войны будут сопровождать человечество все время земного существования — пишет наш информационный партнёр «Российская газета».
Так что неслучайно именно в Ростовской епархии собрались готовить военное духовенство: в Ростове — штаб военного округа, в котором в последние десятилетия проходило немало боевых действий. Мы — в ростовском храме, которому присвоен статус главного храма Вооруженных сил Южного военного округа. На вопросы «РГ» отвечает ректор-протоирей Донской духовной семинарии Тимофей Фетисов.
Святой отец, что делают священники в зоне спецоперации на Донбассе?
Отец Тимофей: Военные говорят: в бою атеистов не бывает. Батюшка всегда где-то рядом: его позовут освятить что-то или с солдатами пообщаться по душам. Бойцы находятся в постоянном состоянии стресса, у них посттравматический и военный синдром. Им необходимо, чтобы был человек, которому можно душу свою излить.
Очень верующие и полевые генералы. Тоже приходят к священнику, причем их точно никто не заставляет, от этого новые звезды на погонах не появятся. Когда есть возможность побеседовать со священником, радуются и солдаты. Мы служим, они служат. Служение армию и церковь в этом плане объединяет.До революции в России сапоги носили три сословия: чиновники, военные и священники
Вы сами были на войне?
Отец Тимофей: Бывал в командировках на контртеррористической операции в Чечне.
В вашей семинарии есть особые предметы для военных священников?
Отец Тимофей: Институт военного духовенства был формализован еще в 2009 году, есть положение о помощниках командиров по работе с верующими военнослужащими. В Донской семинарии с 2013 года ввели предмет «Пасторское служение в армии».
Спортивная подготовка важна?
Отец Тимофей: Знаете, священники разные. Кто-то уже приходит мастером спорта, но это не главное, чтобы он отжимался столько-то раз.
А каков практический курс военной подготовки?
Отец Тимофей: Мы не готовим конвейер боевых священников. Ряса в камуфляже — такого нет (улыбается. — А. К.), но начальная военная подготовка обязательна. Священник может оказаться в бою. Чтобы он знал, что делать, как уберечься, примерно понимал тактические действия солдат. Вот они побежали, а куда побежали?
Когда и при каких обстоятельствах церковный человек может взять в руки оружие?
Отец Тимофей: Священник оружие в руки не берет.
А в целях самообороны? Если на него идет враг?
Отец Тимофей: Ему не положено иметь оружие не только по церковным канонам, но и по военному уставу. Защищаться? Видите ли, христианская позиция такова, что человек обязан защитить другого. Но каким образом, даже закон о пределах гражданской самообороны трактует очень спорно. Это не означает сдачи в плен, но все-таки священник не должен стрелять.
А если он на улице видит, что кто-то кого-то бьет? Имеет право вмешаться?
Отец Тимофей: Церковное руководство не сильно осудит священника, который предотвратил убийство, но не через другое убийство. У священника в руках только крест. А главное его оружие — слово. Помните, наш президент выступал в Лужниках и цитировал слова Христа: «Нет больше любви, как если бы кто-то отдал душу свою за друзей своих».
Глава епархиального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами Валерий Волощук тоже ответил на мои вопросы.
Отец Валерий, что исторически значило служение в России?
Отец Валерий: До революции в России сапоги носили три сословия: чиновники, военные и священники. Александр III когда-то сказал: «У России есть только два союзника — ее армия и флот». Наш командующий войсками Южного военного округа генерал армии и Герой РФ Александр Владимирович Дворников дополнил эти слова императора: «Армия, флот и Русская православная церковь».
«Понимание связи с Богом укрепляет солдата для героических поступков». Фото: Анна Ковалева
Вы сотрудничаете с Минобороны?
Отец Валерий: Почти в каждой епархии есть отделы, подобные нашему. Так было в Сирии, так и сейчас на Донбассе. И практически в каждой войсковой части есть закрепленный священник.
Чем ближе к смерти, тем чище люди?
Отец Валерий: Когда человек идет на войну, у него происходит переоценка ценностей. Смерть кажется совсем далеко, но, когда она приближается, все по-другому…
Много священников на передовой?
Отец Валерий: Конечно. Есть те, кто вместе со своим отрядом на три месяца уезжают на передовую — и вот там они как духовные отцы. Священник молится о здравии больных, отпевает тех, кого потеряли. Но работать мы начинаем уже здесь. Показываем наш храм, иконописную мастерскую, золотошвейную мастерскую и школу звонарей. Потом садимся, чаевничаем, беседуем о смысле бытия. Перед отправкой на первое боевое задание сначала говорят слова напутствия старшие товарищи, потом священник. Церковь призывает, чтобы бойцы были мужественны, чтобы чувствовали, что они — единое войско. И не забывали, что у Бога в руках и победа, и жизнь. Понимание этой связи с Богом укрепляет солдата для героических поступков.
Хороший христианин — хороший воин. Поверьте, это лучше, чем человек без царя в голове.Из истории вопроса
Каков был круг обязанностей военного духовенства?
В Русской армии в 1890 г. сформировалась следующая структура военного духовенства:
— протопресвитер военного и морского духовенства (статус генерал-лейтенант). Назначался Синодом, после чего утверждался в должности императором;
— главные священники округов (статус генерал-майор);
— корпусные, дивизионные, бригадные и гарнизонные благочинные (статус полковник);
— полковые (батальонные), госпитальные и тюремные священники.
С 1914 г. протопресвитеру было дано право личного присутствия на Военном совете в Ставке Верховного главнокомандующего. Он имел возможность личного доклада императору.
Перед Первой мировой войной в каждом военном округе были мулла, ксендз и раввин.
В 1914 г. в Санкт-Петербурге на 1-м Всероссийском съезде военного и морского духовенства был определен круг их обязанностей: помимо непосредственно священнических задач, капелланам предписывалось оказывать помощь в перевязке ран, помогать при эвакуации убитых и раненых, извещать родных и близких убитых воинов об их смерти, участвовать в организации обществ помощи инвалидам, а также заботиться об обустройстве походных библиотек и воинских захоронений.
16 января 1918 г. приказом Народного комиссариата по военным делам институт военного и морского духовенства в российской армии был ликвидирован. Из армии было уволено 3700 священников и церковнослужителей. Но значительная их часть продолжила службу в армиях Деникина, Врангеля и Колчака
В 1995 г. в РФ был создан Синодальный отдел Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями. А в 2009 г. президент РФ принял решение о воссоздании в Вооруженных силах института военного духовенства.
