Военный эксперт Алексей Леонков — о том, что проблема защиты от нашего гиперзвука вызывает в США панику
Для того, чтобы объяснить, какой новый вид стратегических операций разрабатывается нашими военными для противодействия глобальному мгновенному удару США, нужно немного углубиться в историю- пишет наш информационный партнёр «Российская газета».
Основная военно-стратегическая концепция США по уничтожению России подразумевает под собой стратегическую многосферную операцию, ядром которой является нанесение удара обычным вооружением по любой точке планеты в течение часа. Быстрый глобальный удар, или Prompt Global Strike, в общих чертах это — массированное применение крылатых ракет или баллистических ракет без ядерной начинки по нашим ядерным шахтам, мобильным комплексам МБР, а также подводным лодкам с ядерным вооружением на военно-морских базах. По замыслу американских стратегов, таким ударом должно быть уничтожено до 90 процентов наших ядерных ракет шахтного базирования, а также основная часть наших подводных лодок с ядерными ракетами на борту. По замыслу американских стратегов, ответный удар России по США наносился бы всего 5-10 процентами наших ядерных сил, больше половины из которых были бы перехвачены системами ПВО-ПРО. Такие потери в США считались бы приемлемыми.
Концепция эта разрабатывалась и совершенствовалась более 20 лет. Этой концепции были подчинены все рода и виды войск. Потрачено на нее было безумное количество денег.
Когда у нас на вооружении появились гиперзвуковые комплексы, в США осознали, что деньги были потрачены впустую. Мы переигрываем их в скорости нанесения удара.
Сейчас в США идет переосмысление концепции глобального мгновенного удара, они хотят развить ее, что-то в ней поменять, чтобы решить две задачи. Это — обезопасить себя от нашего гиперзвука и нанести нам урон, чтобы оставить нас без ядерного арсенала.
Решением этого уравнения для американцев является применение собственных гиперзвуковых ракет. Которых, правда, пока нет. Но они сейчас нужны США очень сильно. Поэтому при разработках такого оружия они начинают занижать требования к ним. К примеру, были снижены характеристики скорости ракет от 5 чисел Маха. У нас гиперзвуком считается скорость от 6 чисел Маха. Также разработка гиперзвуковых ракет затачивается на применение с морских носителей. Корабли и подлодки считаются мобильной целью, которая благодаря маневрированию может уйти из-под превентивного удара. Вместе с тем, большим пробелом в этой теории является тот факт, что наши комплексы С-300 новейших модификаций, а также С-400 и С-500 способны уничтожать маневрирующие ракеты, летящие на скорости до 12 чисел Маха. То есть гиперзвуковые ракеты американского стандарта перехватить мы в состоянии. Видимо, акцент будет сделан на их массовость. Но это, опять же, теория, так как на практике ни одной серийной ракеты в США еще не появилось.
Если теоретически с доктриной нанесения быстрого удара гиперзвуком они вроде бы разобрались, то вторая часть уравнения -. Потому что ее просто не существует. По крайней мере в ближайшей перспективе.
Конечно, мы внимательно отслеживаем все эти теоретические и практические попытки быстро нас уничтожить. И, соответственно, разрабатываем свои варианты реагирования на это.
В первую очередь, это совершенствование наших систем ПВО-ПРО. Мы должны ее совершенствовать, увеличивать количество каналов перехвата ракет. Мы также продолжаем совершенствовать свои гиперзвуковые комплексы, чтобы они еще быстрее долетали до цели, и увеличиваем их разнообразие.
По теории глобального мгновенного удара, рубежи пуска крылатых ракет с кораблей и подводных лодок были на расстоянии 300 километров до наших границ. Сейчас они прорабатывают новую концепцию о пусках гиперзвуковых ракет с расстояния 1-1,5 тысячи километров от наших границ. Соответственно, нам их нужно встречать на расстоянии до 2 тысяч км от наших границ. Поэтому нужно активнее развивать подводный флот, который будет выступать передовым отрядом, способным не дать кораблям и подлодкам США нанести удар гиперзвуком. Конечно, нужно увеличивать количество самолетов, способных уничтожать надводный флот, не входя в зону поражения ПВО. Также нужно совершенствовать разведку, в том числе космическую. Возможно, стоит подумать о том, чтобы возродить наш уникальный флот экранопланов, которые вообще не видны на радарах.
Новый вид операций, который разрабатывается для противодействия глобальному мгновенному удару, это в первую очередь ведение действий нашего ПВО-ПРО совместно с флотом с использованием гиперзвукового оружия в неядерном исполнении. Такие действия должны останавливать противника высокоточными ударами на дальних рубежах. Следующей фазой будут удары высокоточным оружием, для подавления американской системы ПРО, в том числе тех ракет, которые сейчас размещаются в Европе. Это нужно, чтобы не допустить уничтожения наших межконтинентальных стратегических ракет в воздухе. Конечная фаза нашего ответа США — нанесение неприемлемого ущерба с помощью сохранившегося ядерного потенциала.
Алексей Леонков, военный эксперт
