Фото: Сергей Куксин/РГ
Эксперт Терешкин: Говорить о переработке 40% объемов добытой нефти сложно
Бензин АИ-92 продолжает ежедневно бить исторические рекорды по цене на бирже, но уже без огонька, прибавляя ежедневно десятые доли процентов. Во вторник 21 октября его котировки достигли 74 381 рубля за тонну. Марка АИ-95, наоборот, даже немного подешевела — до 79 606 рублей за тонну, хотя продолжает находиться близко от исторических максимумов.
Котировки дизельного топлива (ДТ) с начала недели взяли паузу, летние сорта подешевели на 5%, а зимний дизель колеблется вверх-вниз, хотя также остается близко к историческому максимуму 6 октября (78 654 рубля за тонну). Сейчас он торгуется за 77 654 рубля за тонну.
Объяснить поведение котировок можно, с одной стороны, традиционным снижением спроса на топливо поздней осенью, для дизеля еще играет роль переход в это время с летнего на зимние сорта, а с другой стороны, обнулением субсидий для нефтяников при поставках топлива на внутренний рынок (демпфер) за август и сентябрь. Это сильно увеличило издержки нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ), которые они могут компенсировать лишь удержанием высоких оптовых цен.
В рознице цены пока и не думают останавливаться. По данным Росстата, за две недели с 30 сентября по 13 октября в среднем бензин подорожал на 1,8%, а ДТ — на 0,7%. Московская топливная ассоциация уже выдала статистику за последнюю неделю в столице. По ней рост цен на АЗС продолжился, причем дизель стал дорожать быстрее бензина АИ-92 и АИ-95.
Основной проблемой для нашего топливного рынка, по мнению экспертов, остаются вынужденные остановки мощностей НПЗ из-за прилетов БПЛА на фоне высокой фискальной нагрузки отрасли. Экспортировать сырую нефть выгоднее, чем перерабатывать ее и продавать внутри страны в виде топлива. Собственно, именно поэтому полный запрет на экспорт бензина (действует с 1 августа) и не полный (для трейдеров) на вывоз за границу ДТ (действует с 1 октября) рынок в достаточной мере не охладили, котировки не пошли вниз.
Указ о запрете с 1 октября по 1 мая следующего года обнуления субсидий для нефтяников при поставках топлива на внутренний рынок (демпфер) повысил привлекательность нефтепереработки, но на цены понижающего влияния не оказал. Скорее даже наоборот, сейчас НПЗ без риска потерять выплаты из бюджета могут поднимать цены. В идеале, компенсировав потери в августе и сентябре, они перестанут удерживать цены, когда появится возможность увеличить предложение.
На фоне происходящего сразу несколько СМИ со ссылкой на источники с совещания по топливному рынку у вице-премьера Александра Новака опубликовали новости, что правительство рассматривает дополнительные меры воздействия на топливный рынок. Предлагается обязать нефтяников отправлять на нефтепереработку не менее 40% от добытой нефти, выделить на бирже отдельную сессию для конечных покупателей топлива (ограничение возможностей для перепродаж топлива) и начать учитывать на торгах продажи мелкооптовых партий топлива, поставляемых автомобильным транспортом (как правило, более дорогие).
В Минэнерго на запрос «РГ» не ответили. По словам зампредседателя Комитета Госдумы по энергетике Юрия Станкевича, не стоит любой пункт повестки заседания штаба по нефтепродуктам воспринимать как императив, который найдет обязательное отражение в решении правительства.
Что касается опубликованных возможных мер правительства, депутат заметил, что закрепление порога нефтепереработки в 40% от объемов добычи значительно ниже уже существующего статус-кво. В 2024 году на отечественных НПЗ переработано более 51% добытой нефти (266 из 516 млн тонн). И этот показатель будут наращивать.
Изменение же правил торговли на бирже призвано в первую очередь вымыть из цепочки спекулянтов, играющих на повышение цены. Отсюда и возможные варианты участия в торгах конечных потребителей, введения лицензирования и прочие предложения, уточняет депутат.
А как отмечает управляющий партнер NEFT Research Сергей Фролов относительно норматива поставки на переработку 40% добываемой нефти, пока непонятно, о чем идет речь. Компании, имеющие свои НПЗ, и сейчас загружают свои мощности на максимум от возможного. А тем, у кого таких мощностей недостаточно (например, Сургутнефтегаз, Татнефть), что предлагается делать — строить новые НПЗ? В текущих условиях это просто нереально.
С точки зрения гендиректора маркетплейса нефтепродуктов OPEN OIL MARKET Сергея Терешкина, сейчас с уверенностью говорить о переработке 40% объемов добытой нефти сложно. Открытых данных об объеме первичной переработки нефти нет, однако ряд индикаторов свидетельствует о том, что этот показатель сокращается, поясняет он. По данным S&P Global Platts, морской экспорт нефтепродуктов из РФ в сентябре (1,87 млн баррелей в сутки) стал минимальным за три с половиной года.
Что касается реформирования биржевых торгов, то попытки детализировать условия поставок большого эффекта не дадут, уверен эксперт. Норматив по продажам дизеля на бирже составляет всего 16% (от месячного объема выпуска топлива), по бензину — 15%, поэтому биржевые торги не охватывают весь рынок. Эффективнее было бы просто повысить норматив поставок топлива на биржу, тем более что эту меру администрировать проще, чем конкретные условия поставок топлива, считает он.
Схожий взгляд и у зампреда наблюдательного совета ассоциации «Надежный партнер», члена экспертного совета конкурса «АЗС России» Дмитрия Гусева, который отмечает, что методология определения «конечного потребителя» абсолютно неясна, и в любом случае она будет очень сложна и станет создавать препятствия нормальной работе рынка.
Есть здесь еще важный нюанс, связанный с выстроенной у нас налоговой системой в нефтяной отрасли. Как замечает Дмитрий Гусев, после завершения налогового маневра (рост налога на добычу полезных ископаемых — НДПИ на нефть и снижение экспортной пошлины на нефть, бензин и ДТ до нуля) у нефтяных компаний появилось обязательство часть нефтепродуктов продавать на бирже. При этом в случае невыгодности нефтепереработки никто не мешал им снижать ее объемы. Вместо того чтобы стимулировать увеличение нефтепереработки фискальными методами, налоговыми инструментами, мы сейчас пришли к идее обязать нефтекомпании перерабатывать определенную долю нефти от добычи.
Отношение к отрасли показывает, что и дальше с нефтяниками будут действовать директивными методами, от пряников перешли к кнуту. Все это напоминает государственное регулирование, несмотря на продолжающиеся заявления, что мы существуем в рынке. Эксперт оценивает этот шаг как правильный, поскольку топливный рынок уже давно регулировался фактически вручную, а такой способ управления несет в себе большие риски и в конце концов может не сработать.
Но есть и другая сторона проблемы. Когда налоговый маневр запускали, идея регулятора была в том, чтобы собрать максимум налогов на стадии добычи, а дальше нефтяники могли делать с этой нефтью что захотят (продать, переработать, экспортировать). Теперь же этот принцип нарушается.
Что касается прогнозов, то, по словам Станкевича, предпринятые меры приносят свои результаты, ценовая волатильность на бирже и в оптовом звене снижается. Но говорить о наступлении спокойного периода в условиях военных действий преждевременно. В нынешней ситуации уместно говорить о наращивании объемов установленной мощности нефтепереработки и о формировании неприкосновенного запаса топлива. Другой приоритетный вопрос — повышение уровня антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, в том числе НПЗ.
Фролов отмечает, что спрос на бензин снижается, но предложение все еще отстает от него.
В ближайшие несколько недель ситуация, к сожалению, будет оставаться сложной, а котировки будут находиться на высоких уровнях.
Терешкин считает, что для ДТ риски дальнейшего сильного роста цен невелики. Рынок дизеля оставался профицитным. А вот для охлаждения ситуации с бензином необходимо увеличение выпуска его на НПЗ — другие меры не сработают.
Сергей Тихонов
