Фото: Александр Тихонов
В декабре бензин на АЗС США стал стоить дешевле, чем в России. Цены опустились до четырехлетнего минимума. Литр аналога нашего АИ-92 в среднем стоит сегодня на американской заправке 60,1 рубля за литр. В России, по данным Росстата на 1 декабря, цена этой марки была 61,68 рубля за литр — пишет «Российская газета».
Стоит ли нам по этому поводу срочно бросаться реформировать свой топливный рынок — большой вопрос. Не нужно пропускать слово «опустились» в предыдущем абзаце, которое означает, что цены были выше, и значительно, и могут подняться вновь.
Причем в случае американского ценообразования на АЗС ни о каком сдерживании стоимости топлива и отсылок на то, что в Венесуэле или Мексике оно дешевле, быть не может. Работает рынок, который ориентируется только на экономику без каких-либо разговоров о социальной ответственности.
В США цены на бензин зависят от множества факторов, в первую очередь от котировок нефти и спроса на топливо. Баррель сейчас относительно дешев, а спрос в США стагнирует. Отсюда и снижение цен. В 2022 году, когда было наоборот, российский аналог бензина АИ-92 в среднем стоил в Америке 102 рубля за литр (если по сегодняшнему курсу). Причем как и в России, цена топлива в США сильно разнится по регионам. Но у нас из-за специфики организации рынка спред составляет 10-30%, а в США доходит до 90% — самый дешевый бензин сейчас в Оклахоме (48 рублей за литр аналога нашего АИ-92), а дорогой — в Калифорнии (90 рублей).
Есть еще один нюанс, на который почему-то не особо обратили внимание. Дешевле (в среднем), чем в России, стал именно аналог нашего АИ-92, называемый в США Regular или AKI 87. Аналоги нашего АИ-95 (их в США два) пока остаются дороже.
Но есть у этой истории и оборотная сторона. Не обращать внимание на то, что мы по внутренним ценам на топливо уже догнали США, также нельзя. Причем наша проблема, что в долгосрочных периодах (год или больше) стоимость бензина может пока только расти. В России котировки барреля в цене топлива играют второстепенную роль, основной вес имеют налоги и акцизы.
Как замечает заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич, доля налогов в цене бензина — что в оптовом, что в розничном звене — уверенно перешагнула порог в 70%. Только на косвенные налоги (НДС и акцизы) приходится более 40%. Например, в текущих ценах с учетом повышения ставок акцизов с нового года доля акциза в каждом литре продаваемого на АЗС бензина АИ-95 составит 13 рублей.
Гендиректор маркетплейса нефтепродуктов OPEN OIL MARKET Сергей Терешкин для сравнения приводит данные Минэнерго США на октябрь 2025 года, по которым на долю нефтяного сырья приходилось 49% розничной стоимости автомобильного бензина, тогда как на долю расходов на нефтепереработку — 14%, на долю маркетинга и дистрибуции — 20%, а на долю налогов — 17%.
В США есть налог с розничных продаж, которого нет у нас, но НДС в России передается от отца к сыну, а потом и внуку, то есть взимается со всей цепочки продаж, от производителя до конечного покупателя, уточняет зампред наблюдательного совета ассоциации «Надежный партнер», член экспертного совета конкурса «АЗС России» Дмитрий Гусев. При этом налоги на добычу нефти находятся на максимально возможном уровне.
У нас сейчас, если не трогать налоги, не осталось пространства для маневра на топливном рынке. Налоговые выплаты нельзя не сделать, и они продолжат расти (акцизы), затраты снижены до минимума, а волатильность нефтяных котировок почти не оказывает влияния на ценообразование, поскольку их вес едва ли превышает 15% в стоимости бензина. А есть еще инфляция, в рамках которой стараются удержать цены на АЗС. В результате последним ничего не остается, как повышать цены хоть и постепенно, но постоянно, чтобы как-то выйти на приемлемые экономические показатели.
По словам Гусева, пока цены на наше топливо привязаны к внешним (экспортным котировкам), они будут запрограммированы на рост. Дефляции у нас не ожидается, более того, оптимальным сценарием считается невысокая инфляция. А это значит, что и топливо будет дорожать. Рост цен на него сглаживает демпферный механизм (выплаты нефтяникам из бюджета за поставки топлива на внутренний рынок по ценам ниже экспортных части разницы между ними), но по мере роста налогов и затрат на производство его влияние становится меньше.
К этому можно добавить, что демпфер также не дает ценам опуститься, когда падают котировки барреля, поскольку размер компенсаций из бюджета сокращается. А если цены на нефтепродукты за рубежом (мы ориентированы на европейский рынок) становятся ниже, чем в России, то демпфер платится в другую сторону — нефтяные компании в бюджет, что опять же делает невозможным снижение цен. Положительный эффект в том, что резкого подорожания бензина или дизеля также произойти не может.
Как подчеркивает Станкевич, повышательная динамика цен на топливо — абсолютно управляемый государством процесс через налоговую, акцизную политику, инструменты биржевого ценообразования и административные директивы федерального штаба по контролю за ситуацией на рынке нефтепродуктов.
По его мнению, нужно не сравнивать свои цены в абсолютных значениях с ситуацией в США или других странах, а исходить из покупательной способности населения. И здесь политика направлена на непрерывный рост благосостояния граждан. Пока, к сожалению, мы наблюдаем ситуацию, когда в ряде стран, где цены на бензин значительно выше российских, средний уровень подушевого дохода позволяет приобрести большие объемы топлива.
В декабре, несмотря на некоторое снижение стоимости в рознице, рост цен на бензин в России с конца прошлого года более чем в два раза обгоняет инфляцию. По данным Росстата, в среднем 11,2% против 5,27% к 1 декабря. До конца года стоимость бензина на АЗС еще может немного просесть, но едва ли впишется в рамки среднего уровня роста потребительских цен в стране.
На фоне этого возникли идеи о введении госрегулирования цен на топливо в рознице, как в Венесуэле или Иране. Но, как отмечает Терешкин, в России вряд ли возможна директивная модель ценообразования, действующая в ряде нефтедобывающих стран. Это невыгодно компаниям. Производители топлива не должны работать в убыток, а задача регулятора — сделать так, чтобы поставщики могли зарабатывать, а потребители — покупать бензин по доступным ценам.
Сергей Тихонов
