19 летним парнем ушел в Красную Армию Федор Рой. А была это осень 1940 года. Закончил полковую школу и стал командиром отделения станкового пулемета «максим». Летом 1941 года их часть занималась боевой подготовкой в летних лагерях под Москвой.
22 июня к вечеру их вернули в казармы. Одели во все новое, выдали оружие и боеприпасы, сухой паек на три дня. А уже, через несколько дней, Рой со своим отделением занял свое место в обороне стратегических объектов Подмосковья. Может кому то показаться, что тепленькое местечко досталось ему. Но это совсем не так. Война она везде война и солдат не выбирает место, где ему Родину защищать. Немало и на этом посту потерял он своих солдат и друзей. А после того, как отогнали немца от Москвы пошел и он с наступающими вперед. Федор Михайлович Рой – участник битвы на Курской дуге. Много тогда «покосил» немцев его «максим». Были моменты когда в голове командира отделения проскакивала мысль: «Все не устоим». Но отразив очередную атаку еще больше верили в победу. «Неужели все время воевали без передыху» — спрашиваю. « Да, нет – отвечает ветеран – было время и передохнуть. Правда, когда в бой вступали другие силы. Вот – вспоминает он – идет воздушный бой. Ни та ни другая сторона по самолетам не стреляет, дабы не сбить своих. И вот в небе задымился и пошел круто к земле немецкий самолет. И это ж надо, прямо на нашу позицию. Я и сам на мгновение растерялся: снять с бруствера станковый пулемет нелегко, да и не успеть бы нам все равно, а позицию бросить нельзя. Слава богу, самолет врезался в землю всего в метрах 30. И тут видим снижается на парашюте немецкий летчик. Вот тут нам разрешалось, если не очень далеко, пленить летчика. Я скомандовал, и похватав винтовки мы выставив в небо штыки хотели пытались нанизать «шашлыка». Но немец, видно тоже увидел это и не захотел приземляться на штыки, а потянув стропы сумел протянуть по воздуху еще метров 100.
Ну, а нам дальше уже нельзя было удаляться от своей позиции. Мы видели как немец приземлился недалеко от кустарника, сумел освободиться от парашюта и уже пытался бежать, но был схвачен подоспевшими пехотинцами. На следующий день ситуация повторилась. Опять, едва не попав в нашу позицию, рухнул невдалеке наш ястребок. А летчика, выбросившего с парашютом, еще в небе расстрелял немецкий самолет. Земля большая, а битва была такая страшная, что не оставалось клочка земли где не горел бы танк, где не пылала-бы объятая пламенем машина… Везде были воронки от мин и снарядов, развороченные блиндажи и укрепления. И, конечно, солдаты. Немало полегло их на в этом сражении».
С боями прошел солдат Украину, Белоруссию, Польшу и закончил войну в Берлине. Не всем посчастливилось попасть в центр города и оставить свою подпись на поверженном рейхстаге, но от этого счастья, что остался жив, и, что закончилась война, меньше не стало.
Правда, уже на подступах к Берлину, на реке Одер получил Рой ранение. Пробив лишь мягкие ткани плеча пуля особого вреда не нанесла. Он даже не покинул расчета и ходил на перевязку. А когда, после ранения его осматривал доктор, то в районе живота обнаружил осколок. Рой вспоминает, что им разрешали под низ одевать вторые брюки, зачастую трофейные. И вот осколок, пробив его ремень и двое брюк, едва порвав ткань нижней рубашки, уже обессиленным оставил на животе лишь отметину. Вообщем, повезло. Потом, на Эльбе их часть встретилась с американцами. Как вспоминает ветеран –«каждый шел своей дорогой. Ну покричали мы друг другу, толком не понимая о чем. Кто-то успел обменяться рукопожатиями, а кто-то и обнялся. А кто – то и ругнул американцев за их медлительность вступления в войну».
Только через год вернулся Рой домой. Дома уже были два его брат. Старший Андрей – был пограничником на западной границе и первым встретил войну. Средний Павел – был кавалеристом и воевал в наших местах. Время берет свое – сегодня в живых из семьи остался только Федор Михайлович. Не берут его время и болезни. За всю жизнь он не выкурил ни одной сигареты. Да и спиртное не приветствует. Только в праздники и совсем немного- первую чарочку за друзей погибших. На фронте Федор Михайлович отдавал и махорку и положенные 100 грамм своим друзьям.
Он дожил до солидного возраста. На 85 летний юбилей ветерана к нему на дом приезжала целая концертная бригада – фольклорный коллектив из станицы Красный Яр. Так он выплясывал с ними почти час. И ничего. Рой всегда старался ходить только пешком. Гулял ежедневно и в любую погоду. Частенько в субботние дни он хаживал пешком в шахматный клуб, а это от его дома километра три. Федор Михайлович был заядлым шахматистом и постоянно принимал участие в ветеранских турнирах.
Здоровья был отменного для своего возраста, если не считать зрения. Федор Михайлович без очков уж совсем не мог. От плохого зрения и случилась с ним беда уже после того, как он отметил свое 86-летие. Спускался Рой на улицу, а жил он четвертом этаже, последнем этаже и поскользнулся на бетонных ступеньках лестничного пролета. В результате получил перелом ребер. В больнице не стали долго держать ветерана, видно знали что-то про худое, и уже через неделю выписали Федора Михайловича и на скорой отвезли до дому. Только не дошел Рой до своей квартиры, присел на ступеньки на третьем этаже,… и остановилось сердце.
Александр Тихонов, 1995 — 2007 года
