После последнего заседания ОПЕК+ 4 июня в Вене многие ждали очередного резкого роста нефтяных котировок, но они хотя и приподнялись немного, не смогли преодолеть даже психологическую отметку в 80 долл. за баррель — пишет наш информационный партнёр «Российская газета».
Не помогло ни продление сделки на 2024 год с дополнительным сокращением производства некоторыми участниками альянса на 1,39 млн баррелей в сутки, ни обязательства Саудовской Аравии добровольно снизить производство в июле на 1 млн баррелей в сутки.
При этом Саудовская Аравия одновременно с сокращением добычи подняла цены на свою нефть для стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), фактически освобождая рынок для российской и иранской нефти, находящейся под санкциями и поэтому продающейся дешевле. Но всем участникам сделки хотелось бы поднять котировки своего сырья.
Нельзя сказать, что нефтяной рынок в кризисе. Более того, скорее, на нем достаточно стабильная ситуация. Ведь не только страны ОПЕК+ не могут добиться роста цен на нефть, но и США, ЕС и другие импортеры нефти не могут их снизить. Причем если бы не препарированный санкциями против России нефтяной рынок, то сложившееся положение было бы выгодно именно нам и другим странам-экспортерам.
Сейчас основной вопрос для нас в том, будет ли снижаться дисконт на российскую нефть. Новые правила минфина ограничили скидку на нефть Urals, которая используется для расчета налогов, но цены все равно находятся на невысоком уровне, ниже 55 долл. за баррель. По разным оценкам, нам нужна минимальная цена от 60 до 70 долл. за баррель за нашу нефть, в зависимости от объемов производства и экспорта. Другие крупные члены ОПЕК+ еще больше зависят от нефтяных котировок, им нужны мировые цены на нефть выше 80 долл. за баррель, но повседневные траты этих стран все же в последнее время были меньше, чем у России, которой пришлось обходить санкции Запада и ставить вопрос о технологическом суверенитете. В результате можно предположить, что запас прочности их экономик в случае низких котировок будет больше или соразмерен с российскими резервами.
Решение ОПЕК+ и отдельно Саудовской Аравии о сокращении в июле на 1 млн баррелей в сутки способствовало восстановлению (росту) цен на нефть в момент объявления, поясняет портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Скрябин. Но надолго ли — вопрос пока открыт, поскольку помимо рисков экономического плана (рецессия в США и ЕС, медленное восстановление экономики КНР) появилась еще опасность возобновления «Иранской сделки». Некоторые СМИ опубликовали новость, о переговорах Ирана с США по возможному временному снятию ограничений на экспорт нефти из Исламской республики, что привело к 3%-ному падению цены на нефть, уточняет эксперт.
С другой стороны, Саудовская Аравия еще не перешла к добровольному сокращению, объем которого достаточно значителен. Если спрос на нефть не упадет, то в июле на мировом рынке может возникнуть если не реальный дефицит нефти, то реальный намек на его появление. В нефтяном королевстве заявили, что мера может быть продлена.
Дефицит подтолкнет не только цены на нефть к росту, но и будет способствовать снижению дисконта на российскую нефть. Как отмечает начальник Управления аналитических исследований ИК «Ива Партнерс» Дмитрий Александров, дисконт при росте дефицита будет сокращаться. Особенно если и Россия сократит объем предложения (Россия добровольно сокращает производство на 500 тыс. баррелей в сутки до конца 2024 года), а альтернативные сорта из Венесуэлы и Ирана не выйдут на рынок в увеличенных объемах.
А вот решение о сокращении добычи на 2024 год едва ли будет влиять на рынок. Новостной повод ценами уже отыгран, а в дальнейшем слишком много переменных, чтобы планы альянса принимались во внимание.
По мнению Скрябина, возможен и пересмотр параметров сделки на 2024 год на встрече участников альянса в конце этого года. Настораживает лишь то, что впервые за всю историю ОПЕК+ основной груз сокращения в 2024 году ляжет на плечи стран, в том числе и Россию, не входящих в картель ОПЕК. Но едва ли в ОПЕК считают, что сделка ОПЕК+ им уже не нужна. Последний развал соглашения в 2020 году привел к катастрофическому падению цен на нефть.
