Расширяющийся конфликт на Ближнем Востоке уверенно толкает цены на нефть все ближе к уровню 100 долл. за баррель. На последних новостях о попадании ракеты в здание больницы в Газе котировки выросли на 3%, почти достигнув 93 долл. за баррель. И это притом что сами военные действия пока никак не влияют на насыщение рынка нефтью — пишет наш информационный партнёр «Российская газета».
Предварительные итоги растущей эскалации можно уже подвести. Во-первых, надежды США на достижение договоренностей с Ираном и снятие санкций с экспорта иранской нефти провалились. А это означает, что дополнительных объемов нефти (они оценивались в 0,3-1 млн баррелей в сутки) мировой рынок не получит. То есть цены на нефть будут расти.
Во-вторых, растут риски, что арабские страны поддержат Палестину экономически, начав ограничивать поставки сырья в Европу, самое уязвимое звено Западного мира.
Проще всего чиновникам ЕС будет не замечать серые поставки российской нефти и нефтепродуктов в Европу
Нет, речь не идет о полноценном эмбарго, на манер того, что было применено ближневосточными странами в отношении Европы и США в 1973 году из-за войны Судного дня. Сейчас полного запрета не будет, но приоритеты могут быть выставлены. США весь этот и прошлый год пытались наладить отношения со странами ОПЕК и договориться о росте добычи нефти. Даже если какие-то результаты и были, то сейчас они пошли прахом.
Третье вытекает из первых двух пунктов. В сегодняшней ситуации бороться с нелегальными поставками нашей нефти и нефтепродуктов в Европу, а также их экспортом морем выше потолка цен бесполезно и даже вредно для стран — инициаторов антироссийских санкций. Буквально на прошлой неделе США попытались реанимировать уже почти неработающий механизм потолка цен на нашу нефть (60 долларов за баррель), введя санкции в отношении двух компаний-судовладельцев, совершающих такие перевозки. Но это делалось в расчете на увеличение предложения нефти на рынке. Теперь же если продолжится «завинчивание гаек», Европа либо останется совсем без нефти и топлива, либо будет изрядно переплачивать за них. Новой нефти на рынке не появится, а наша страна вполне может сократить экспорт больше, чем на сегодняшние 300 тыс. баррелей в сутки. В результате, рост мировых котировок только ускорится, что самим США в преддверии президентских выборов совсем не нужно.
С точки зрения доцента Финансового университета при Правительстве РФ, эксперта аналитического центра ИнфоТЭК Валерия Андрианова, механизм потолка уже продемонстрировал свою бесполезность. Российская нефть свободно торгуется по ценам выше, вопрос с морской транспортировкой сырья и страхованием грузов в целом решен.
В случае каких-либо перебоев поставок с Ближнего Востока (введения эмбарго или перекрытия Ираном Ормузского пролива) Запад не пойдет на отмену или даже смягчение санкций против нефтяной отрасли России, считает эксперт. Это означало бы полную потерю лица. Скорее всего, европейские чиновники будут сквозь пальцы смотреть на возможные нарушения эмбарго и потолка, «не замечать» поставки нефти российского происхождения на европейский рынок. А Вашингтон, заинтересованный в полной изоляции Европы от российских энергоресурсов, будет вяло выражать недовольство данным фактом.
Перекрытие Ормузского пролива — еще один негативный для мирового рынка сценарий. Как отмечает старший аналитик Freedom Finance Global Сергей Пигарев, от логистики через пролив зависит не только сам Иран, но и Саудовская Аравия, ОАЭ, Ирак и другие страны региона. И хотя такой сценарий пока маловероятен, расширение географии военных действий приведет к росту рисков транспортировки не только нефти, но и сжиженного природного газа (СПГ), а также повышению стоимости перевозок и, конечно, дальнейшему росту котировок нефти и газа на мировом рынке, поясняет эксперт.
Стоит уточнить, что в Европу, потерявшую из-за подрыва «Северного потока» и остановки газопровода «Ямал-Европа» значительную долю экспорта российского газа, через этот пролив поступает СПГ из Катара. В 2022 году поставки составили приблизительно 26 млрд кубометров. Это уже не мелочь, вроде остановки добычи на израильском месторождении «Тамар», из-за чего в годовом выражении импорт газа ЕС мог снизиться на 1-1,5 млрд кубометров. Отправлять катарский СПГ другим маршрутом в обход Африки, конечно, можно, но и цена газа сильно возрастет. Причем, по данным некоторых СМИ, в Катаре обсуждается возможность и полной остановки поставок СПГ в страны, поддержавшие Израиль.
Впрочем, по мнению Андрианова, эти слухи едва ли правдивы. Пока что рынок СПГ — это рынок продавца, но в ближайшие годы, по мере ввода в эксплуатацию новых проектов, предложение СПГ резко увеличится, возможен даже его профицит. И вряд ли Катар собирается «назло маме отморозить себе уши», то есть своими руками закрывать собственную рыночную нишу, которую вскоре займут американские СПГ-проекты (именно они стали бы главными бенефициарами подобного эмбарго).
То же самое касается возможного нефтяного эмбарго арабских стран, считает эксперт. В отличие от ситуации 50-летней давности, такое эмбарго было бы не ударом по США, а большим подарком для Америки. Ныне США почти не зависят от внешних поставок нефти, более того — готовы стать ее нетто-экспортером. Рост цен в результате эмбарго привел бы к повышению цен и дал бы второе дыхание явно выдыхающейся «сланцевой революции».
