Место для винзавода России было выбрано идеально: рядом чистейшая вода, а рельеф местности позволял увести тоннели в толщу горы. / Сергей Винник/РГ
В Крыму хранится самая крупная в мире коллекция вина
Сергей Винник
Вопреки расхожему мнению, виноделие в России отнюдь не такое молодое, как кажется, его история насчитывает уже два столетия. У истоков стоял граф Михаил Воронцов, и Александр Сергеевич Пушкин мог бы пить его вина, будь они друзьями.
Пять копеек с бутылки
Знакомиться с историей лучше всего «вживую», и, если вы проводите отпуск в Крыму, обязательно загляните на экскурсию в винные подвалы Массандры. Билет стоит 800 рублей, а с дегустацией — 1300.
Когда император предложил Льву Голицыну стать главным виноделом Удельных имений Крыма и Кавказа, князь согласился, выставив три встречных условия. Во-первых, он не будет носить форму чиновника, во-вторых, не станет получать жалованье и, в-третьих, будет поступать только по своим убеждениям. Александр III согласился.
Предприятие в поселке Массандра на окраине Ялты построили всего за три года. Место для будущего главного винзавода России лично подыскивал Голицын и подошел к этому с высшей степенью ответственности. Обследовал множество урочищ и наконец остановил свой выбор на этом участке. Рядом была чистейшая родниковая вода, а рельеф местности позволял увести тоннели в толщу горы. Семь горизонтальных штолен длиной 150 метров каждая проложили донецкие шахтеры, а здание, больше напоминающее дворцовый стиль, чем производственное предприятие, выстроили местные рабочие по проекту Адама Дитриха.
В итоге предприятие получилось передовое для своего времени. На нем было электричество, телефон, лифт, естественная вентиляция шахт поддерживала круглогодичную температуру 10-12 С. Казне стройка обошлась в 1,1 млн золотых царских рублей. Для сравнения, в 1867 году Аляска была продана американцам за 11,4 млн рублей.
В качестве платы за свою работу Голицын попросил маржу в размере 5 копеек с каждой проданной бутылки вина. Сумма показалась смехотворной и не вызвала возражений. Но когда объемы продаж быстро выросли до 2 млн бутылок в год, вознаграждение князя уже не казалось таким символическим. У винодела появились недоброжелатели, посыпались жалобы, в итоге Лев Сергеевич ушел в отставку и удалился в свое имение в Крыму, где создал собственное шампанское, в 1900 году завоевавшее Гран-при на Всемирной выставке в Париже. Его состояние выросло на несколько сот тысяч рублей, на которые он учредил восемь персональных стипендий для молодых виноделов России.
Вино хранится в семи горизонтальных штольнях длиной по 150 метров. Фото: massandra.su
Море стало розовым от вина
За 130-летнюю историю энотека в Ялте пережила два катастрофических эпизода, едва не уничтоживших все собрание вин. Во время Гражданской войны Крым не был спокойным местом, и, чтобы спасти коллекцию, сотрудники предприятия заложили вход в подвалы, где хранились самые дорогие напитки, огромными валунами. Завал разобрали только в конце 1920-х годов, когда власть в Крыму укрепилась. Гораздо большее потрясение коллекция вин пережила в годы Великой Отечественной войны. Фашисты наступали стремительно, и эвакуировать все собрание не было возможности. Летом 1941 года командование выделило три теплохода для спасения части собрания.
— Весь двор предприятия был заставлен ящиками с бутылками коллекционных вин. Морем их доставили на Кавказ, а затем они разъехались по нескольким городам страны, — рассказала экскурсовод Ирина.
Тогда успели вывезти 57 тыс. бутылок и 1,2 млн литров в бочках. Но это была лишь четверть коллекции. В подвалах сотрудники сделали тайник и замуровали еще часть бутылок. Остальное вино решено было просто уничтожить, чтобы не досталось врагу.
— Вино текло потоками по склонам, сливаясь с морем. Вода в бухте окрасилась в розовый цвет, — рассказала гид.
Крым был под оккупацией долгих три года, так что у немцев хватило времени тщательно обследовать подвалы. Замурованный тайник со 170 тыс. бутылок они нашли и вывезли его содержимое в Германию. После войны домой вернулась лишь часть коллекции, эвакуированная морем. Сегодня в подвалах «Массандры» хранится свыше миллиона бутылок дорогих напитков. Энотека предприятия официально признана самой большой в мире и занесена в Книгу рекордов Гиннесса. Можно купить вина от урожая 1920 года до наших дней, но стоят они очень дорого. При этом продается только коммерческий фонд, а это 1 млн бутылок. Исторический фонд коллекции не продается.
Вина урожаев до 1920 года не продаются — исторический фонд коллекции. Фото: Соцсети
Узкое горлышко
А знаете вы, что знаменитый шотландский виски выдерживают в бочках из-под крымского вина? На самом деле бочка вещь отнюдь не банальная, и на качество напитка влияет даже то, с какой частью древесины соприкасается вино — той, что была ближе к коре или к сердцевине дерева. Бочки для крымского вина делают из кавказского, испанского, французского дуба. Местные деревья для этой цели не подходят.
Бочонок для молодого вина служит всего пять-шесть лет, бочки для десертных, крепленых вин могут быть в обороте до 20 лет. Вот их-то виноделы еще недавно продавали в Шотландию для выдержки марочного виски. Благородное вино настолько пропитывало дерево, что оно продолжало отдавать аромат и оттенки вкуса крепкому напитку, за что и ценится.
А самые долгожители — это огромные бурты, которые могут вмещать до 20 тыс. литров. Они живут больше 100 лет. На предприятии их 400. Раз в пять-шесть лет бочки-гиганты нуждаются в чистке от винного камня, выпадающего на дне. Работа эта крайне опасная и сложная. В торце каждого бурта есть крохотная дверца, в которую может пролезть только голова человека. Рабочему нужно протиснуться в это отверстие. Дальше не надо ничего пить, достаточно надышаться испарениями, чтобы потерять сознание. Потому работают внутри только в респираторе, а снаружи человека страхуют два сотрудника, задача которых — успеть вытащить работника, если что-то пойдет не так. Сегодня на предприятии работает бондарный цех.
В музее завода стоит интересный экспонат, используемый по сей день. Это укупорочная машинка, купленная еще князем Голицыным. Каждые 15-20 лет бутылки коллекционного вина заново укупоривают, чтобы пробка не портила вкус, а заодно узнают, «жив» ли напиток. Выяснилось, что до революции не существовало единого стандарта пробки и бутылочного горлышка, как сегодня. Поэтому современные пробки не подходят, стекло можно ненароком раздавить. Тут и пригодился древний ручной механизм. Бережно и неспеша им пользуются в наши дни.
