…В истории Великой Отечественной войны есть ряд событий, ставших знаковыми. Оборона Москвы. Сталинградская и Курская битвы. Прорыв блокады Ленинграда. Взятие Берлина. В этом ряду, конечно же, и встреча на Эльбе.
Красная армия шла сюда целых четыре года, пережив ужасы отступления, постигая науку побеждать через горечь тяжелых потерь. Союзники вступили в бои на Западном фронте в июне 44-го. Их путь к Эльбе был гораздо короче.
Разумеется, обе стороны готовились к тому, что рано или поздно их встрече будет суждено состояться. Подготовка шла на всех уровнях. Главы государств еще в феврале на ялтинской конференции подтвердили границы оккупационных зон Германии, обозначили демаркационные линии. Военные ведомства обменялись миссиями, одной из задач которых было не допустить случаев «дружественного огня», когда союзники окажутся в непосредственной близости друг от друга. Командующие фронтами и соединениями издали свои директивы.
Главком экспедиционных сил генерал Д. Эйзенхауэр отдал приказ: достигнув Эльбы, остановиться и дальнейшее наступление прекратить, ждать русских здесь.
Маршал Г.К. Жуков 24 апреля направил в войска документ, предписывавший при встрече с американцами или англичанами хранить военную тайну, «никаких сведений о наших планах и боевых задачах никому не сообщать».
…Сейчас это уже хорошо известная история, ее многократно описывали в своих воспоминаниях и американские, и наши ветераны.
Союзники направили к Эльбе сразу несколько разведгрупп с целью обнаружить авангарды Красной армии. Первыми это сделали солдаты 273-го пехотного полка во главе с лейтенантом Котцебу. 25 апреля в 11.30 в небольшой деревушке Леквитц они увидели всадника, форма которого была явно не немецкой. Входивший в состав разведгруппы американец, знавший русский язык, попытался заговорить с незнакомцем, но тот, видимо, заподозрив неладное, пришпорил коня и умчался прочь. Тогда лейтенант повел своих людей вслед за всадником, к реке Эльбе, до которой оставалось не более двух километров.
Вторая группа, возглавляемая майором Крэйгом, прибыла в ту же деревушку Леквитц ближе к вечеру, и снова американцы встретили там наших кавалеристов. Обменявшись короткими приветствиями, американцы и русские разъехались: наши поскакали в сторону Дрездена, янки пошли к реке и, переправившись, встретились с офицерами 5-й гвардейской стрелковой дивизии, которой командовал генерал-майор Русаков.
Была и третья группа – ею командовал лейтенант Робертсон. Оказавшись близ города Торгау, американцы увидели на другом берегу реки советских солдат и в 16.00 поспешили им навстречу по обломкам полуразрушенного моста.
На этих обломках посреди Эльбы янки и русские встретились и обменялись рукопожатиями. Никто из вышестоящих начальников не режиссировал этот миг, все получилось спонтанно, а потому — искренне, трогательно и символично.
И река-рубеж, и разрушенный мост, и эти обломки…
Они протянули друг другу руки на руинах поверженного врага. Это был тот редкий случай, когда переводчик не требовался. Иван и Джон, американец и русский, с двух разных сторон шли к одной цели и вот теперь встретились. Воинский и человеческий долг был ими выполнен, цель достигнута. Все ясно без слов…
Нашими командовал лейтенант Александр Сильвашко, американцами – лейтенант Уильям Робертсон. Среди союзников оказался парень с фотоаппаратом, он-то и сделал те кадры, которые затем стали символом того дня. История (она всегда прихотлива) именно группу лейтенанта Робертсона поставила в центр событий, увековеченных названием «Встреча на Эльбе».
Далее, уже на следующий день, контакты продолжились – теперь на уровне старших офицеров, генералов, командиров частей и соединений.
27 апреля в 18.00 союзники официально объявили об исторической встрече на Эльбе.
Владимир Снегирев, «Российская газета».
Прочитать статью полностью можно здесь.
